Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6

Эдит ».


Нужно же было случиться, чтоб как раз в этот вечер мне попала в руки та книжка. Должен признаться, вообще-то я читал не достаточно и изредка, и на расшатанной полке в моей Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 конуре стояло шесть-семь томов военных уставов: альфа и омега нашего бытия, да 10-ка два классиков, в которые я так и не заглянул, хотя таскал с собой после училища по всем гарнизонам, может Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 быть, только для того, чтоб пустые казенные комнаты, где мне приходилось жить, обрели хоть какую-то видимость домашнего комфорта; вперемежку с ними стояли наполовину разрезанные, плохо отпечатанные и переплетенные книги, доставшиеся Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 мне совершенно обыденным методом. В нашем кафе временами возникал небольшой сгорбленный лоточник с умопомрачительно грустными, слезящимися очами; с навязчивостью, против которой нереально было устоять, он предлагал нам почтовую бумагу, карандаши и дешевенькие бульварные Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 книжонки, как, к примеру, любовные приключения Казановы, «Декамерон», мемуары оперной певицы либо сборник армейских анекдотов; разумеется, он рассчитывал, что так именуемая «галантная литература» отыщет спрос у кавалеристов. Из жалости – вечно Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 эта жалость! – также, может быть, желая защитить себя от его меланхолической назойливости, я время от времени брал три-четыре замызганные книги, и они валялись на полке без потребления.

Но в тот вечер, усталый Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 и взволнованный, не способен ни спать, ни сосредоточиться на чем-либо суровом, я решил полистать какую-нибудь книжку, надеясь отвлечься и в конце концов заснуть. Думая, что заковыристо доверчивые сказки «Тысячи и одной Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 ночи», которые я еще смутно помнил с юношества, окажутся наилучшим снотворным, я взял их с полки, улегся и начал читать в том особенном состоянии полудремы, когда лень перелистывать странички попорядку и, чтоб Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 не напрягать себя, предпочитаешь пропускать неразрезанные. Кое-как осилив первую сказку о встрече Шахразады с царем, я стал читать далее. Натолкнувшись на необычную историю о юноше, который встречает лежащего среди Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 дороги колченогого старика, я внезапно вздрогнул: слово «хромой» отозвалось во мне острой болью, заныл некий нерв, пораженный неожиданной ассоциацией, как ударом тока. В притче старик умоляет юношу, чтоб тот взял его на плечи и понес Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 далее, сам он не может больше сделать ни шагу. И парень, окутанный жалостью (дурачина, для чего ты поддался жалости? – пошевелил мозгами я), наклоняется и сажает колченогого для себя на Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 спину.

Но этот немощный на вид старец по сути – джинн, злой дух; чуть взобравшись на плечи юноши, он здесь же нагими волосатыми ногами цепко опутал его шейку. Оседлав собственного благодетеля, немощный старик не дает Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 ему передышки; свирепый опять и опять погоняет милосердного. И злосчастный обязан нести джинна, куда тому захочется, с этого момента у него нет своей воли: он вьючный ишак, раб злого погонщика; и Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 пусть у него от вялости подгибаются ноги, а во рту пересохло от жажды, он должен, одураченный своей жалостью, бежать все вперед и вперед, неся на плечах свою судьбу – злостного, беззаботного, опасного старика.

Я больше Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 не мог читать. Сердечко неистово колотилось, как будто желало выскочить из груди. Я вдруг с нестерпимой ясностью увидел этого изворотливого старика, увидел, как он, лежа на земле, глядит снизу ввысь Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 полными слез очами, моля милосердного о помощи, а потом садится на него верхом. У него, у этого джинна, седоватые, расчесанные на пробор волосы и очки в золотой оправе. С быстротой, которая бывает Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 только во сне, когда картины и образы моментально сменяют друг дружку в самых необычных сочетаниях, старик из сказки заполучил в моем воображении черты Кекешфальвы, а сам я перевоплотился в злосчастного юношу, которого он беспрестанно Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 погонял; я практически на физическом уровне ощутил, как он сжал мне гортань. Книжка выпала из моих рук, я лежал в прохладном поту, прислушиваясь к звонким ударам сердца; даже во Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 сне злобный погонщик гнал меня все-дальше и далее, неизвестно куда. Проснувшись на рассвете со слипшимися от пота волосами, я ощущал себя измученным и разбитым, как после изнурительного марша.

Не посодействовало и то, что Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 утром мы выехали на учения и я радиво и пристально исполнял служебные обязанности; чуть я вечерком отправился по неминуемому пути, как опять ощутил на собственных плечах незримую ношу, ибо взбудораженная совесть Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 давала подсказку мне, что ответственность, которую я взгромоздил на себя, совершенно другого рода и неизмеримо тяжелее прежней. Когда я той ночкой, на скамье в саду, подал старику надежду, это было только Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 преувеличением, но не предумышленным обманом; невольно, даже против воли поддавшись жалости, я только не произнес всей правды, но не солгал. Сейчас же, когда мне понятно, что о скором выздоровлении не может быть и Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 речи, я должен буду всегда притворяться, хладнокровно, упрямо, расчетливо; я должен буду, не моргнув глазом, врать так уверенно, как лжет застарелый правонарушитель, за длительное время до злодеяния придумавший метод оправдаться. Здесь Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 только я начал осознавать, что в самом худшем, что случается на свете, виноваты не зло и беспощадность, а практически всегда только слабость.

Мой опаски реализовались, когда я пришел к Кекешфальвам; чуть я вступил на Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 террасу, меня повстречали экзальтированными приветствиями. Я нарочно принес Эдит цветочки, чтоб в первую минутку отвлечь от себя внимание. Но уже после бурного: «Боже мой, для чего вы принесли цветочки? Ведь Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 я же не примадонна!» – она нетерпеливо усадила меня рядом и начала гласить без передышки с некий лихорадочной поспешностью. Доктор Кондор – «этот расчудесный, превосходный человек!» – опять вселил в нее мужество. Через 10 дней они отправляются в Швейцарию Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6, в Энгадин, – разве можно на данный момент, когда все пошло на лад, терять хотя бы один денек? Она всегда гласила, что за дело брались не с того конца, что от Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 одной электризации, массажа и этих дурных аппаратов толку не много. Издавна пора, еще малость – и было бы поздно, ведь два раза, что греха таить, она пробовала покончить с собою, – два раза Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6, и оба раза неудачно. В конце концов, жить так, как живет она, нельзя: ни минутки наедине с собой, ни шагу без помощи других, вечно за тобой шпионят, вечно надзирают, и к тому Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 же сознание, что ты всем исключительно в тягость, всем омерзела. Да, издавна пора, издавна! Но сейчас я увижу, как стремительно пойду на поправку. Стоит только верно взяться за дело. Что ей все Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 эти глуповатые признаки улучшения, если от их ей не легче! Она должна оздороветь стопроцентно, по другому о каком здоровье может быть речь? Ах, уже одна идея о том, как это будет волшебно, как волшебно!..

И Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 т.д. и тому схожее: это был водопад слов, бурный, клокочущий, неиссякаемый. Я посиживал около нее, как доктор, который слушает горячечный абсурд хворого и недоверчиво считает лихорадочный пульс, смотря Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 на неподкупную секундную стрелку и с опаской усматривая в пылкой восторженности бесспорное клиническое подтверждение духовного расстройства. И каждый раз, когда радостный хохот, подобно легкой пене, взмывал над быстрым потоком ее слов, что-то Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 мучительно сжималось во мне, ибо я знал то, чего не знала она: она околпачивает себя, а мы обманываем ее. И, когда она в конце концов тормознула, я ощутил испуг, как будто, проснувшись Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 ночкой в поезде, не услышал стука колес.

– Ну, что вы на это скажете? – продолжала она. – Почему у вас таковой глуповатый, пардон, испуганный вид? Почему вы молчите? Неуж-то вы ни капельки не радуетесь Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 за меня?

Я был застигнут врасплох. Сейчас либо никогда. Гласить так, чтоб она поверила, – сердечным, сердечным тоном. Но я – всего-навсего ничтожный новичок во ереси – еще не обладал искусством сознательного обмана.

– Как Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 вам не постыдно? – насилу выжал я из себя. – Я просто растерялся… Должны же вы осознать, что у меня… как говорится, от радости язык отнялся… Очевидно, я жутко рад за вас.

Мне Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 самому было тошно слушать, как фальшиво и холодно прозвучали мои слова. Разумеется, она ощутила мое замешательство, ибо ее поведение резко поменялось. Зияющее лицо омрачилось досадой, как у человека, которого в один Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 момент разбудили, не дав досмотреть приятный сон; глаза, только-только сверкавшие одушевлением, стали жесткими, брови изогнулись, точно туго натянутый лук.

– Я что-то не увидела, чтоб вы в особенности радовались!

Я знал, что Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 она права, и все таки попробовал ее успокоить:

– Но детка…

– Не смейте говорить мне всегда «детка»! – взорвалась она. – Вы же понимаете, что я этого не выношу. Намного ли вы старше меня? В конце Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 концов, разве я не имею права опешиться, что вы все принимаете как подабающее, а главное, не очень… не очень… мне сочувствуете? А почему бы вам и не ликовать? Ведь вы получаете Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 отпуск – наше «заведение» временно закроется. Никто не помешает вам преспокойно посиживать в кафе и дуться в карты, заместо того чтоб играть скучноватую роль милосердного самаритянина. Еще бы, как здесь не ликовать, вам сейчас настают Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 золотые дни!

Ее слова, откровенные до грубости, прозвучали как удар, который я болезненно ощутил собственной нечистой совестью. Итак, я выдал себя с головой. Чтоб перевести разговор – я знал, как небезопасно раздражать Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 ее в такие минутки, – я попробовал перейти на непринужденно-шутливый тон.

– Золотые дни? Ну и понятия же у вас! Золотые дни для нас, кавалеристов, в июле, августе, сентябре, когда нам больше Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 всего задают жару и допекают разносами! Разве вы не понимаете? Сначала подготовка к маневрам, позже поход в Боснию либо Галицию, а потом маневры и огромные парады! Издерганные офицеры, загнанные рядовые – сплошная Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 муштра с подъема до отбоя. И так до конца сентября…

– До конца сентября?.. – Она вдруг задумалась, казалось, какая-то идея неотступно занимает ее. – Но в таком случае когда же вы приедете? – добавила она Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6.

Я не сообразил. Я по правде не сообразил, о чем она гласит, и наивно спросил:

– Куда приеду?

Ее брови опять яростно взметнулись.

– Да не задавайте всегда таких дурных вопросов! Навестить нас! Меня!

– В Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 Энгадин?

– А куда же еще?

Здесь только до меня дошло, что она имеет в виду. Вправду, что могло быть смехотворнее догадки, как будто я, бедный армейский офицер, который купил ей цветочки на Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 последние семь крон и для которого поездка в Вену была уже собственного рода роскошью, хотя билет обходился нам в половину цены, как будто я ни с того ни с этого могу позволить для Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 себя путешествие в Энгадин!

– Вот теперь-то мне ясно, – рассмеялся я, сейчас полностью от всей души, – как вы представляете для себя военную службу. Кафе, бильярд, променады, а вздумалось побродить по свету Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6, – надел гражданское, и «честь имею!». Ничего нет проще таковой прогулочки! Прикладываешь два пальца к козырьку и говоришь: «Адье, государь полковник, мне что-то надоело играть в бойцы! До скорого, когда будет настроение, вернусь Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6!» Ничего для себя, хорошенькое представление у вас об армейской каторге! Понятно ли вам, что если наш брат захотит отлучиться хоть на часок, он должен доложить по всей форме, щелкнув каблуками, и «покорнейше Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6» выложить свою просьбу? Да, да, столько церемоний ради одного-единственного часа. Ну, а для целого денька нужно, чтобы у тебя само мало погибла тетка. Желал бы я созидать лицо Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 полковника, если бы в разгар маневров я пришел к нему и доложил, что мне взбрело в голову взять отпуск и поболтаться неделю в Швейцарии. Вы б услышали здесь такие выражения, каких не отыскать Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 ни в каком солидном словаре. Нет, милая фрейлейн, вы очень просто все для себя представляете.

– Ах, что там! Все это просто, было бы желание! Не разыгрывайте из себя такового уж неподменного! Кто-либо другой Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 отлично управится с вашими оболтусами. А что касается отпуска, то папа устроит все за полчаса. У него куча знакомых в военном министерстве, одно слово сверху – и вы получите то, что Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 попросите. Кстати, и вам самому не повредит повидать чего-нибудть еще, не считая манежа и плаца. Итак, никаких отговорок, это решено! Отпуск вам устроит папа.

Тупо, естественно, но ее пренебрежительный тон раздражал Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 меня. Видно, чувство сословной чести уже прочно засело во мне за долгие и длительные годы службы, ибо я ощутил что-то унизительное в том, как молодая, совершенно неопытная женщина распоряжалась генералами из Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 военного министерства, как будто они состояли в услужении у ее отца, – ведь для нас это были боги. Но, невзирая на раздражение, я продолжал держаться такого же непринужденно-шутливого тона.

– Ну хорошо. Швейцария, отпуск Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6, Энгадин – не возражаю! Прекрасно, если, судя по вашим словам, мне подадут все это на подносе и мне не придется унижаться. Но было бы также очень лучше, чтоб ваш достойнейший папа совместно с отпуском Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 выцарапал в министерстве и путное пособие для государя лейтенанта Гофмиллера.

Сейчас настал ее черед удивляться. Она угадывала в моих словах некий сокрытый смысл, но не могла просочиться в него. Резче изогнулись ее Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 брови над нетерпеливыми очами. Я сообразил, что должен выразиться яснее.

– Будьте же благоразумны, детка… Пардон, будем гласить уместно, фрейлейн Эдит. К огорчению, дело обстоит не так просто, как вы Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 полагаете. Скажите, вы когда-нибудь думали над тем, во что обходится схожая эскапада?

– Ах, вот что вы имеете в виду! – нисколечко не смутившись, воскрикнула она. – Не думаю, чтобы очень недешево. Самое огромное Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 – несколько сот крон. Разве это имеет значение?

Здесь я не сумел больше сдержать свое негодование… Она задела мое самое нездоровое место. Кажется, я уже упоминал, сколько мучений доставляло мне сознание, что посреди офицеров Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 полка я принадлежу к тем, у кого нет ни гроша за душой, и обязан жить только на жалованье да на небогатые подачки тетки; даже в кругу компаньонов меня каждый раз скоробливало, когда о деньгах Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 гласили так пренебрежительно, как будто они валяются под ногами. Да, это было мое нездоровое место. Тут я был немощен. Тут я хромал на обе ноги. Но более всего меня возмущал тот Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 факт, что конкретно это балованное, капризное существо, которое само непомерно мучалось от своей неполноценности, не понимало меня. Невольно я стал практически груб.

– Всего только несколько сот крон? Ерунда, не правда Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 ли? Сущий пустяк для офицера! И уж, очевидно, вы считаете неблагопристойным, что я вообщем заговорил о таковой безделице! Низковато, мелочно, не правда ли? Но вы хоть раз думали над тем, на какие гроши мы Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 перебиваемся? Как лезем из кожи, чтоб свести концы с концами?

Оттого, что Эдит продолжала глядеть на меня сощурившись и, как я по глупости считал, презрительно, меня вдруг обхватило желание показать Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 ей всю глубину моей бедности. В один прекрасный момент она проковыляла на костылях по комнате, чтоб этим зрелищем отомстить нам за наше завидное здоровье, а сейчас я с нескрываемым злорадством решил оголить перед ней все Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 убожество моего зависимого существования.

– А понимаете ли вы вообщем, какое жалованье получает лейтенант? – набросился я на нее. – Вы когда-либо думали над этим? Итак вот: на двести крон он должен прожить Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 целый месяц, и прожить не как-нибудь, а «сообразно собственному званию». Он должен заплатить за стол, за комнату, портному, сапожнику да еще выкроить на «сообразные званию» утехи. А не дай боже что Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 случится с жеребцом! И вот, если он экономично ведет свое хозяйство, у него остается несколько геллеров, чтоб провести вечерок в том райском уголке, которым вы меня вечно попрекаете: там, за Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 чашечкой кофе с молоком, он обретает настоящее блаженство, если только все 30 дней дрожал над каждым грошом, как обычный поденщик.

Сейчас я понимаю, как тупо, как криминально было то, что я отдал волю Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 собственной злобы. Это семнадцатилетнее дитя, выросшее в полном уединении, эта колченогая девченка, прикованная к постели, – могла ли она знать стоимость деньгам, иметь понятие о жалованье, о нашей блистательной бедности? Но я был как одержимый Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6: мной обуяло неодолимое желание отомстить кому-то за бессчетные мелкие обиды, и я молотил без разбору, наотмашь, как лупит ослепленный гневом человек, не отдавая для себя отчета в том, сколь тяжкие Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 удары наносит его рука.

В конце концов, случаем подняв глаза, я сообразил, до чего жестоки были мои слова. Обостренное, как у всех нездоровых, чутье дало подсказку ей, что она, сама того не хотя Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6, задела мне самое уязвимое место. Вероломный румянец – я лицезрел, как она, пытаясь завладеть собой, стремительно прикрыла рукою лицо, – залил ее щеки; возможно, какая-то идея принудила ее побагроветь.

– И вы… вы покупаете мне Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 дорогие цветочки?

Этой минутке, тягостной для нас обоих, казалось, не будет конца. Мне было постыдно перед ней, а ей передо мной. Мы, сами того не хотя, оскорбили друг дружку и Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 сейчас страшились заговорить. Во в один момент наступившей тиши слышался даже мягенький шелест листьев; понизу во дворе кудахтали куры, и временами откуда-то издалека доносился легкий шум катившейся повозки. Но вот Эдит взяла Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 себя в руки.

– Надо же быть таковой дурочкой – принять серьезно схожую ересь! И еще расстроиться из-за этого. Нет, я вправду дурочка! Да какое вам дело, сколько стоит поездка? Уж если вы к Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 нам приедете, то, очевидно, как гость. Неуж-то вы думаете, папа допустит, чтоб вы, согласившись приехать к нам… еще несли какие-то расходы? Что за нелепость! А я-то уши Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 развесила… Итак, ни слова больше об этом, молвят вам – ни слова.

Но здесь я не мог пойти на уступки. Ибо ничто, я уже гласил об этом, не претило мне больше, чем идея перевоплотиться Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 в нахлебника.

– Нет, вы выслушайте меня. Я желаю, чтобы не было никаких недоразумений. Итак, кратко и ясно: я не стану отпрашиваться в отпуск, не позволю платить за себя. Мне не необходимы поблажки. Мое Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 место в строю рядом с товарищами, я не желаю быть исключением и отказываюсь от всяких протекций. Не сомневаюсь, что у вас и вашего отца самые наилучшие намерения, но не многим блага жизни Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 подносятся на блюдечке… Не будем больше гласить об этом.

– Итак, вы не желаете приехать?

– Я не произнес: не желаю. Я вам ясно растолковал, почему не могу этого сделать.

– Даже Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 если вас попросит об этом отец?

– Даже тогда.

– И даже… даже если я попрошу вас? Если я по-дружески очень попрошу вас?

– Не нужно, Эдит. Это было бы никчемно.

Она опустила голову. Но ее Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 губки содрогались, и я знал, что это предсказывало грозу. Бедное балованное дитя, желания которого были законом для всего дома, наткнулось на сопротивление, и это было для нее ново. Ей произнесли «нет», и Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 это ее ожесточило. Резвым движением она схватила со стола принесенные мною цветочки и кинула их за балюстраду.

– Ну хорошо, – проговорила она через зубы. – Сейчас я знаю, чего стоит ваша дружба Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6. Отлично, что я ее проверила. Только поэтому, что ваши товарищи в кафе будут зубоскалить, вы сочиняете столько отговорок! Только оттого, что боитесь подмочить свою репутацию в полку, вы отравляете удовлетворенность друзьям!.. Ну Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 хорошо! Хватит! Не стану больше вас упрашивать. Хорошо! Не желаете – не нужно!

Я ощущал, что ее волнение все еще не улеглось; с упорством опять и опять повторяя это «ладно», она приподнялась в кресле и вцепилась Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 обеими руками в локотники, как будто готовясь к нападению. В один момент она оборотилась ко мне.

– Ладно. Вопрос исчерпан. Наша покорнейшая просьба отклонена. Вы не приедете к нам. Не желаете приехать Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6. Это вас не устраивает. Ну что ж, как-нибудь переживем. Обходились же ранее без вас… Но мне еще хотелось бы знать… Вы скажете правду?

– Разумеется.

– Только честно! Дайте мне добросовестное слово!

– Если вы Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 так настаиваете на этом, даю добросовестное слово.

– Ладно. Хорошо. – Она без конца повторяла это жесткое, резкое «ладно», как будто отрубала им что-то, как ножиком. – Хорошо! Успокойтесь, я больше не настаиваю на Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 высоком визите. Мне хотелось бы знать только одно – вы дали мне слово! – только одно… Итак, вы не желаете к нам приехать, так как вам это неприятно, так как вас это стеснит Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6… либо же еще по каким-либо причинам – мне все равно! Что ж, хорошо… С этим покончено. Но сейчас скажите мне честно, откровенно: для чего вы вообщем бываете у нас?

Я ожидал какого Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 угодно вопроса, только не этого, и, чтоб выиграть время, смущенно пробормотал:

– Но… но ведь здесь все просто… для этого не нужно никакого добросовестного слова…

– Вот как? До боли просто? Тем лучше! Гласите Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6!

Я был приперт к стенке. Самое обычное – сказать правду, но я осознавал, что необходимо обмозговать каждое слово. И вот я заговорил с наигранной непринужденностью:

– Только не отыскиваете каких-то загадочных побуждений, милая Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 фрейлейн Эдит. Вы довольно длительно знакомы со мной и понимаете, что я не из числа тех, кто любит копаться внутри себя. Клянусь вам, я никогда не думал, почему хожу к тем либо другим Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 и почему одни люди мне нравятся, а другие нет. Добросовестное слово, уж не знаю, тупо это либо умно: я бываю у вас поэтому только, что мне просто нравится тут и я Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 нигде больше не чувствую себя так отлично. Похоже, что жизнь нашего брата конника вы представляете для себя как-то уж очень по-опереточному: вам это нечто лихое и беспечное, не служба, а Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 сплошной праздничек. Но так кажется только со стороны, по сути все смотрится куда прозаичней, ну и так именуемая солдатская дружба часто только видимость. Когда 10-ки людей тянут одну лямку, кто-то из их Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 всегда налегает посильнее, а там, где идет речь о продвижении по службе и повышении в чине, впереди идущему можно просто наступить на пятки. Всегда приходится быть настороже, чтобы не Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 сболтнуть излишнего; никогда не знаешь, достаточно ли тобой начальство; в воздухе повсевременно пахнет грозой. Слово «служба» происходит от «служить», а служить – означает быть зависимым. К тому же казарма и кабачок никогда не поменяют дома; никто Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 там никому не нужен, ни до кого никому нет дела. Естественно, с товарищами другой раз бывает забавно, но все таки чувства конечной убежденности недостает. Зато когда я прихожу к вам Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6, вкупе с саблей я расстаюсь со всеми своими опасениями, и когда я вот так, не спеша, болтаю с вами…

– Ну? Что тогда? – нетерпеливо выкрикнула она.

– Тогда… может быть, мое признание покажется Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 вам несколько дерзким, но… тогда я внушаю для себя, что я у вас хотимый гость, что тут я собственный, что тут во 100 крат более «дома», чем где-либо еще. И всякий, раз Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6, когда я вот так на вас гляжу, мне кажется…

Я невольно споткнулся, но она с прежней горячностью спросила:

– Ну, так что все-таки вам кажется?

–…что кому-то тут, в отличие от моих Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 компаньонов, далековато не индифферентно, существую я либо нет… Очевидно, я понимаю, что дело не в моей персоне, иногда меня поражает, как это я еще не надоел вам… Нередко – вы даже не представляете для Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 себя, как нередко, – я со ужасом думаю, не наскучил ли я вам. Но позже я вспоминаю, как сиротливо вам в этом большенном пустом доме и как вы радуетесь, если кто Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6-либо входит навестить вас. Это и присваивает мне всегда мужества… Каждый раз, видя вас на террасе либо в комнате, я внушаю для себя: все-же отлично, что я пришел, по другому она просидела Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 бы в одиночестве целый денек. Неуж-то вам это не понятно?

Ее реакция была совсем внезапной. Взор сероватых глаз застыл, как если б зрачки от моих слов окаменели. Ее пальцы, напротив, неспокойно зашевелились, они Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 ощупывали ручки кресла и барабанили по гладкому дереву, сначала тихонько, а потом все посильнее и посильнее. Рот скривился в легкой гримасе, и она отрывисто произнесла:

– Понимаю вас! Полностью понимаю… На данный Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 момент… на данный момент, мне кажется, вы вправду произнесли правду. Вы изъяснились учтиво, очень учтиво, хотя и очень заковыристо. Но я сообразила вас, отлично сообразила… Вы приходите, как вы растолковали, поэтому, что я Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 так «одинока», либо, проще говоря, оттого, что я пригвождена к окаянному креслу. Означает, вы только из-за этого каждый денек таскаетесь сюда, только как милосердный самаритянин навещаете «бедного хворого ребенка Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6» – так, кажется, все вы зовете меня заглазно? Знаю, знаю. Стало быть, ходите только из жалости. Да, да, я вам верю – к чему вам сейчас опровергать это? Ведь вы так именуемый «добрый Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 человек» и охотно позволяете моему папе считать вас таким. «Добрым людям» жаль всех побитых собак и шелудивых кошек, отчего бы им не пожалеть и калеку?

Она конвульсивно выпрямилась.

– Но благодарю покорливо! Я Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 не нуждаюсь в схожей дружбе из милосердия… Да, да, и не делайте, пожалуйста, таковой сокрушенной физиономии! Я понимаю, вы расстроились оттого, что выболтали правду. Еще бы, признались, что ходите сюда поэтому только Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6, что вам меня «жалко», – точь-в-точь, как гласила та служанка, только она произнесла это прямо, по-честному. Вы же, как «добрый человек», выражаетесь намного тактичнее, намного «тоньше», вы гласите обиняками: поэтому, что я дескать Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6, торчу тут в одиночестве целый денек. Только из жалости, я уже издавна чувствую это всеми косточками, только из жалости приходите вы ко мне, да еще желаете, чтоб вами восхищались за такую Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 самоотверженность. Но должна вас огорчить: я не терплю, чтоб мне приносили жертвы! Я ни от кого не приму их, и меньше всего от вас… я запрещаю вам это! Слышите, запрещаю Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6!.. Неуж-то вы вправду думаете, что я не могу обойтись без вас с вашими «соболезнующими», слезными взорами и «тактичной» трепотней? Нет, слава богу, не необходимы вы мне все… Уж как-нибудь справлюсь с собой сама Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6, переживу все одна. А когда станет невмочь, я сумею от вас избавиться… Вот! – Она внезапно повернула руку наверх ладонью и показала мне. – Видите шрам? В один прекрасный момент я Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 уже пробовала, но по неловкости не смогла добраться до вены тупыми ножницами; все вышло жутко тупо, они прибежали впору и успели перевязать меня, не то бы я издавна уже избавилась от всех вас и Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 вашей мерзкой жалости! Но в последующий раз я сделаю это лучше, будьте размеренны! Не думайте, что я совсем беспомощна против вас! Лучше сдохнуть, чем принимать сожаления! Вот! – Она вдруг засмеялась, и ее пронизывающий Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 хохот, как пила, разрезал тишину. – Смотрите! Мой дальновидный отец запамятовал об одной вещи, когда строил для меня башню… Он хлопотал только о том, чтоб я могла наслаждаться отсюда красивым видом… «Солнце Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6, побольше солнца и свежайшего воздуха», – произнес доктор. Но какую лучшую службу она мне когда-нибудь сослужит, эта терраса, им всем и в голову не приходило – ни папе, ни доктору, ни Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 конструктору… Взгляните-ка туда… – В один момент приподнявшись, она отчаянным толчком перебросила свое тело и впилась обеими руками в перила террасы. – Тут четыре, нет, 5 этажей, а понизу каменные плиты… полностью довольно… И, слава богу, в Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 руках у меня хватит силы перелезть через это, ходьба на костылях крепит мышцы. Один только рывок – и я навечно избавлюсь от вашего окаянного сожаления… тогда всем будет отлично – папе, Илоне Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 и вам, – всем, кому я отравляю жизнь! Вот видите, как это просто, стоит только немножко наклониться, и…

Не на шуточку встревоженный, я вскочил, когда Эдит, сверкая очами, очень перегнулась через парапет, и стремительно схватил Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 ее за руку. Но мое прикосновение как будто обожгло ее, она вздрогнула и заорала:

– Прочь!.. Как вы смеете меня трогать!.. Прочь!.. Я вправе делать то, что желаю. Отпустите!.. На данный Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 момент же отпустите!..

И когда я, не слушая, попробовал силой оттащить ее от перил, она резко оборотилась ко мне всем телом и толкнула меня в грудь. Здесь случилось ужасное. Нанося мне Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 удар, Эдит растеряла точку опоры, слабенькие ноги ее подогнулись, и она как подкошенная упала на пол. И хотя в последний момент я протянул руки, чтоб поддержать ее, было уже поздно. Падая, она ухватилась Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 за крышку стола и опрокинула его – с грохотом разлетелась в кусочки ваза, загремели тарелки и чашечки, а большой бронзовый колокольчик с трезвоном покатился по террасе.

Нездоровая лежала на полу немощным яростным комочком Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6, плача от стыда и злобы. Я наклонился, чтоб поднять ее легкое тело, но она оттолкнула меня.

– Прочь! Прочь отсюда!.. – рыдая, повторяла она. – Маленький, нечуткий вы человек!..

Опять и опять Эдит пробовала подняться сама, но Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 все усилия ее были напрасны. Всякий раз, когда я приближался к ней, чтоб посодействовать, она ежилась и орала в бессильном гневе:

– Прочь!.. Не трогайте меня… Уходите прочь!

Никогда я не переживал Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 ничего более страшного.

Но здесь сзади нас что-то тихо загудело. Это был лифт. Возможно, Йозеф, который всегда стоит начеку, услышал гул упавшего колокольчика. Тактично потупив взгляд, слуга стремительно подошел к нам Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 и, стараясь не глядеть на меня, обычным движением поднял плачущую и отнес ее в кабину. Еще минутка, и они спустились вниз. Я остался один около опрокинутого стола, посреди осколков посуды Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 и разбросанных вещей; они лежали в таком кавардаке, что казалось, как будто гром грянул с ясного неба и вихрь разметал все вокруг.


Не могу сказать, как длительно я простоял на террасе, удивленный этим бурным Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 взрывом эмоций, совсем непонятным мне. Какую тупость я произнес? Чем вызван этот не поддающийся объяснению гнев? Но вот за моей спиной опять раздался знакомый, схожий на гудение вентилятора звук поднимающегося лифта. Из кабины Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 снова вышел Йозеф; его, как обычно, гладко выбритое лицо было необычно грустно. Поначалу я пошевелил мозгами, что он поднялся только потом, чтоб прибрать на террасе, и я буду только мешать ему. Но Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 слуга бочком-бочком приблизился ко мне с опущенными очами, мимоходом подобрав с пола салфетку.

– Простите, государь лейтенант, – начал он, понизив глас, который, казалось, тоже кланялся совместно с ним (это Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 был слуга старенькой австрийской выучки). – Разрешите, государь лейтенант, я оботру вас.

Здесь только, проследив взором за его рукою, я увидел два огромных черных пятна у себя на одежке: одно на мундире, другое на светлых штанах Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6. Разумеется, когда я наклонился, чтоб схватить Эдит, на меня вылился чай из опрокинутой чашечки; стоя на коленях, слуга старательно тер и осушал салфеткой мокроватые места, а я, смотря на его добрую Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 седоватую голову, не мог отвертеться от мысли, что старик нарочно склонился так низковато, чтобы я не лицезрел его глаз и расстроенного лица.

– Нет, это не годится, – огорченно произнес он, не поднимая головы. – Идеальнее Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 всего, государь лейтенант, отправить шофера в казарму за другим мундиром. В таком виде государю лейтенанту никак нельзя показываться на улице. Но смею заверить государя лейтенанта, через час все высохнет, и я Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 хорошо проглажу штаны.

Он констатировал это вроде бы меж делом, мастерски бесстрастным тоном, в каком, но, вероломно прорывались сочувственные ноты. Когда же я произнес, что не стоит заботиться, а лучше Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 вызвать по телефону экипаж, тем паче что мне и без того пора домой, он внезапно откашлялся и поднял свои добрые, чуток усталые глаза.

– Не изволят ли государь лейтенант остаться еще кратковременно? Было Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 бы страшно, если б государь лейтенант на данный момент ушли. Я точно знаю, что фрейлейн Эдит жутко огорчится, если государь лейтенант не обождут незначительно. На данный момент при ней фрейлейн Илона… они Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6… уложили ее в кровать. Но фрейлейн Илона просила передать, что она скоро придет, пусть государь лейтенант обязательно дождутся.

Я был глубоко тронут. Как ее тут все обожают! Как нежны и снисходительны к ней! Мною обуяло Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 неодолимое желание сказать чего-нибудть теплое, сердечное этому хорошему старику, который, как будто ужаснувшись своей грубости, опять старательно принялся чистить мой китель; я легонько похлопал его по плечу.

– Не нужно Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6, Йозеф, не трудитесь! Все это стремительно просохнет на солнце, а ваш чай, надеюсь, не так крепок, чтоб бросить приметное пятно. Займитесь лучше посудой. Я дождусь фрейлейн Илону.

– О, как отлично, что государь лейтенант согласились Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 обождать, – с облегчением вздохнул он. – Государь фон Кекешфальва тоже скоро возвратятся и будут рады созидать государя лейтенанта. Они строго-настрого наказывали мне…

Здесь на лестнице послышались чьи-то легкие шаги Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6. Это была Илона. Подойдя поближе, она, точно так же как Йозеф, потупила взгляд.

– Эдит просит вас заглянуть к ней в спальню. Всего только на минуту! Она очень просит вас об этом.

Не проронив более Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 ни слова, мы спустились по винтообразной лестнице и так же молчком прошли через гостиную и будуар в длиннющий коридор, который, разумеется, вел в спальни. Порою мы сталкивались плечами в узеньком Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 черном проходе, может быть, поэтому, что я был взволнован и шел неуверенно. У 2-ой двери Илона тормознула и жарко зашептала:

– Будьте с ней на данный момент поласковее. Не знаю, что там у вас Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 случилось, но эти неожиданные вспышки для меня не новость. Нам они знакомы. И все таки не следует сердиться на нее, право, не следует. Мы, здоровые, и представить для себя не можем, что означает Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 изо денька в денек утром до вечера быть прикованной к креслу. Раздражение все скапливается, скапливается и, в конце концов, прорывается кроме ее воли. Но, поверьте мне, бедняжка сама больше Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 всех мучается от этого. Как раз на данный момент, когда ей так постыдно и тяжко, мы должны быть в особенности добры к ней.

Я промолчал. Да отвечать было и незачем, Илона не могла не увидеть Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 моего смятения. Она осторожно постучала в дверь и, чуть из комнаты донеслось тихое, робкое «войдите», стремительно проговорила:

– Не задерживайтесь длительно. Минуту, не больше!

Бесшумно отворив дверь, я вошел. В Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 просторной комнате я сначала не увидел ничего, не считая красного сумрака, потому что окна были плотно занавешены оранжевыми гардинами; только через несколько мгновений я рассмотрел в глубине светлый прямоугольник кровати. Оттуда несмело прозвучал Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 отлично знакомый глас:

– Сюда, пожалуйста, присядьте. Я задержу вас всего на одну минутку.

Я подошел поближе. Посреди подушек мелькало узенькое лицо, обрамленное волосами. Из-под пестрого, с вышитыми цветами одеяла выглядывала Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 узкая детская шейка. Эдит с неким опасением выждала, пока я сел, и только тогда неуверенно произнесла:

– Простите, что я принимаю вас тут, но мне стало плохо… так длительно нельзя лежать на солнце, позже всегда кружится Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 голова… Я совсем не сознавала, что делала, когда… Но… но вы забудете все это… не правда ли? Вы больше не сердитесь на меня за мою невоспитанность?

В ее голосе было Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 столько мольбы и волнения, что я перебил ее:

– Ну что вы… Во всем повинет я… мне не следовало разрешать вам так длительно посиживать на жаре.

– Значит… означает, вы на меня не Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 обиделись?

– Нисколечко.

– И снова придете… как приходили всегда?

– Непременно. Но только при одном условии.

Она с беспокойством посмотрела на меня.

– При каком?

– Что вы станете чуточку больше доверять мне и не будете Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 повсевременно мыслить, что оскорбили либо обидели меня! Разве истинные друзья присваивают значение таким пустякам? Если б вы знали, как вы преображаетесь, когда у вас просто на сердечко, сколько радости доставляете всем нам: папе, Илоне Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6, мне, всему дому! Поглядели бы вы на себя, какой развеселой вы были позавчера на прогулке! Я весь вечер вспоминал об этом.

– Вы задумывались обо мне весь вечер? – Эдит нерешительно поглядела на меня. – Правда Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6?

– Правда. Какой это был денек! Я никогда его не забуду. Расчудесная, замечательная прогулка.

– Да, – мечтательно повторила она, – это было волшебно, чу-дес-но… и дорога через поля, и мелкие жеребята Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6, и свадьба в деревне… все было волшебно, с начала до конца! Чаще бы так выезжать! Может быть, как раз это дурацкое сиденье дома, это идиотическое затворничество и расшатало совсем мои нервишки Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6. Вы правы, я по правде очень недоверчива… точнее, стала таковой с того времени, как со мной это случилось. Господи, я не помню, чтоб до этого кого-то страшилась… Но с той поры я Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 стала мнительной… Всегда внушаю для себя, что каждый глядит на мои костыли, жалеет меня… Я понимаю, что это несуразно, что это глуповатая ребяческая гордость, из-за которой ожесточаешься против самой себя… знаю, что от Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 этого только становится ужаснее, нервишки совершенно не выдерживают. Но как здесь не быть мнительной, когда это тянется целую вечность! Ах, поскорее бы кончился весь этот кошмар, ведь так можно перевоплотиться в несносную Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 злюку!

– Но конец уже близок. Вам нужно только набраться мужества и терпения, еще малость, немножко.

Она немного приподнялась.

– Вы убеждены… вы вправду убеждены, что новый способ исцеления поможет?.. Вы осознаете, позавчера Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6, когда папа пришел ко мне, я нисколечко в этом не колебалась… Но сейчас ночкой, сама не знаю почему, на меня вдруг напал ужас, что доктор ошибся и произнес мне неправду, так как Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 я вспомнила… Как видите, ранее я веровала медику Кондору, он был для меня как бог. Но ведь всегда случается так: поначалу доктор следит хворого, а позже, с течением времени, и нездоровой – доктора. И Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 вот вчера – я рассказываю это только вам, – вчера, когда он осматривал меня, мне показалось… вроде бы это вам разъяснить… ну, что он просто разыгрывает комедию… Он был некий нерешительный, неискренний, совершенно не Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 таковой сердечный, откровенный, как обычно… Не знаю отчего, но у меня было такое чувство, что ему почему-либо постыдно передо мной… Естественно, я жутко обрадовалась, когда он произнес, что желает немедля выслать Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 меня в Швейцарию… и все таки… кое-где в глубине души… – признаюсь в этом только вам – я испытывала все тот же бессознательный ужас… только, ради бога, не гласите ему Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 об этом!.. Мне казалось, как будто с новым исцелением не все хорошо… и он водит меня за нос… либо всего-навсего желает успокоить папу. Вот видите, я никак не могу совладать со собственной Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 недоверчивостью. Но что все-таки мне делать? Как здесь не стать подозрительной к самой для себя, к другим, когда мне столько раз говорили, что мои мучения вот-вот кончатся, а меж Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 тем все тянется как и раньше жутко медлительно. Нет, я не могу, я больше не могу выносить этого нескончаемого ожидания!

В возбуждении она приподнялась еще выше, ее руки дрожали. Я стремительно наклонился Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 к ней.

– Нет, нет… не нужно беспокоиться! Вспомните, ведь вы только-только обещали мне…

– Да, да, вы правы! Незачем понапрасну изводить себя и других. Чем другие-то повинны? И без того висишь Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 у их камнем на шейке… Нет, нет, я совсем не желала этого сказать, нет… я только желала поблагодарить вас за то, что вы простили мне мою глуповатую раздражительность… и вообщем… за то, что вы Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 всегда добры ко мне… так трогательно добры, хотя я этого совсем не заслуживаю. И как раз вас-то я и… Но не будем больше гласить об этом, хорошо?

– Не будем. Никогда Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6. А сейчас вам нужно хорошо отдохнуть.

Я встал, чтоб пожать ей на прощание руку. Эдит была очень приятна в эту минутку, когда еще чуток боязливо и совместно с тем успокоенно улыбалась Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 мне с подушек, – совершенно как ребенок перед сном. Все было улажено, гроза прошла, и небо очистилось. Непосредственно, практически забавно подошел я к постели. Но Эдит вдруг воскрикнула в испуге:

– Бо-же мой, что это? Ваш Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 мундир…

Заметив огромные мокроватые пятна на моем мундире, она, должно быть, додумалась, что предпосылкой этой малеханькой проблемы мог быть только чай из опрокинутых ею чашек. Глаза ее тотчас спрятались за опустившимися веками Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6, протянутая рука пугливо отдернулась. Но конкретно то, что она приняла так близко к сердечку схожую мелочь, тронуло меня больше всего. Чтоб успокоить ее, я перебежал на шутливый тон.

– Пустяки, – произнес я. – Ничего Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 сурового. Непослушливый ребенок облил меня чаем.

Все еще смотря на меня смущенно, она с благодарностью приняла этот игривый тон.

– И вы, естественно, отшлепали непослушливого малыша?

– Нет, – ответил я, войдя Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 в роль, – в этом не было необходимости. Ребенок уже ведет себя отлично.

– И вы по правде больше не сердитесь на него?

– Нисколечко. Разве вы не слышали, как он мило произнес: «Я больше не Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 буду?»

– Стало быть, вы не обиделись?

– Нет, я все простил и запамятовал. Только, очевидно, он впредь должен слушаться взрослых и делать все, что от него требуют.

– Что же ему делать?

– Набраться терпения, быть Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 всегда приветливым и радостным. Не посиживать очень длительно на солнце, чаще выезжать на прогулку и в точности исполнять все, что гласит доктор. А на данный момент ребенок должен спать, не говорить Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 и ни о чем же не мыслить. Покойной ночи.

Я протянул ей руку. Сияя звездочками глаз, она счастливо улыбнулась, ее теплые тонкие пальцы доверчиво легли в мою ладонь.

С легким сердечком направился Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 я к выходу. Я уже взялся за ручку двери, как сзади прожурчал негромкий, переливчатый хохот.

– А как сейчас ведет себя ребенок?

– Безупречно. Он получил за это пятерку по поведению. Но на Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 данный момент спать, спать и не мыслить ни о чем нехорошем!

Я наполовину открыл дверь, но мне вослед снова вспорхнул этот по-детски коварный хохот. И опять глас с подушек:

– А вы запамятовали, что Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 полагается пай-детке на ночь?

– Что же?

– Пай-детку полагается на ночь поцеловать.

Мне стало не по для себя. В ее голосе дрожала и прорывалась какая-то дразнящая нота, и это мне Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 не нравилось; еще ранее я увидел, что ее глаза поблескивают очень лихорадочно. Но я не желал давать ей повода для раздражения.

– Ах, да, естественно, – ответил я нарочито халатным тоном. – Я совершенно позабыл.

Пару Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 шажков назад – я опять у ее кровати; по в один момент наступившей тиши я ощутил, что Эдит затаила дыхание. Ее глаза были устремлены на меня, голова бездвижно покоилась на Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 подушке. Она лежала не шелохнувшись, и только ее взор, не отрываясь, смотрел за мной и не отпускал меня.

«Скорее, быстрее! – задумывался я с возраставшим чувством неловкости и, стремительно нагнувшись, немного дотронулся губками до ее Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 лба, на миг ощутив смутный запах волос. Но здесь ее руки, выжидающе лежавшие поверх одеяла, взметнулись и, до того как я успел уклониться, прочно обхватили мою голову. Страстным, порывистым движением она Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 прильнула ко мне и придавила мой рот к своим губам так жарко и скупо, что зубы задели зубов. Никогда в жизни меня никто не целовал так неистово, так отчаянно, как это искалеченное дитя.

А Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 ей все было не достаточно, не много! С некий хмельной силой Эдит обымала меня, пока у нее не перехватило дыхание. В конце концов она ослабила объятия, и ее руки начали плутать Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 от висков к затылку, ероша мои волосы. Но она не отпускала меня. Только на мгновение откинувшись, она как завороженная поглядела мне в глаза, а потом вновь завлекла меня к для себя. Самозабвенно, с Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 некий бессильной яростью покрывая поцелуями мои щеки, губки, глаза, лоб, она несвязно лопотала, нет – стонала: «Глупый… глуповатый… Какой ты глуповатый!..» и еще горячее: «Ты, ты, ты…» Все посильнее, все безумнее Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 становился ее напор, все жаднее и жарче ее объятия и поцелуи, но вдруг по ее телу пробежала судорога… Эдит отпустила меня, ее голова свалилась на подушку, и только глаза светились торжествующим блеском.

В Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 один момент застыдившись, она стремительно отвернулась и шепнула в изнеможении:

– А сейчас уходи… уходи, глуповатый!

Шатаясь, я вышел из комнаты. В черном коридоре последние силы оставили меня. Мне пришлось ухватиться за стенку – голова Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 кружилась, перед очами все плыло. Итак вот в чем дело! Вот в чем потаенная причина (очень поздно ставшая очевидной) ее беспокойства, ее непонятной злости. Испуг мой был неописуем. Такое чувство Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6, наверняка, испытывает человек, который доверчиво наклонился над цветком и вдруг увидел змею. Если бы эта обидчивая женщина плюнула в меня, обозвала либо стукнула, я был бы наименее обескуражен, потому что при ее Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 неустойчивом нраве я каждую минутку был готов ко всему – ко всему, не считая 1-го: что она, нездоровая, злосчастная, могла обожать и желала быть возлюбленной. Что этот ребенок, это незрелое и немощное создание посмеет (я Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 не нахожу другого слова) вожделеть и обожать чувственной любовью зрелой дамы. Я ожидал чего угодно, только одно не приходило мне в голову: что обиженная судьбой инвалид, у которой нет сил даже Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 волочь ноги, может грезить о возлюбленном, возлюбленном, что она так превратно объяснит мои нередкие посещения, вызванные только жалостью, и ничем другим. Но уже в последующую секунду меня вновь обхватило отчаяние: я Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 сообразил, что всему виной мое горячее сострадание, если эта обреченная на затворничество женщина ждала от меня, единственного мужчины, изо денька в денек навещавшего узницу в ее «тюрьме», другого, более ласкового чувства. А Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 я, жалостный дурачина, я, по неизлечимой простоте собственной, лицезрел в ней только мученицу, хворого малыша, но не даму. Ни на одно мгновение я не допускал и мысли, что под этим одеялом прячется Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 оголенное женское тело, испытывающее желание и жаждущее быть вожделенным! Никогда мне, двадцатипятилетнему, даже и не снилось, что нездоровые, увечные, незрелые и заблаговременно состарившиеся, отверженные и презираемые также смеют обожать. Ибо каждому Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 юному человеку, еще незнакомому с истинной жизнью и переживаниями, мир представляется практически всегда только как отражение услышанного и прочитанного; мечты юноши, не имеющего собственного опыта, безизбежно питаются чужим опытом и примером. В книжках Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6, на сцене и в кино (так упрощающем и опошляющем реальность) любовь всегда была уделом юных, прекрасных избранников; потому я считал – отсюда моя робость в неких случаях, – что нужно быть в особенности симпатичным, в особенности Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 щедро даровитым судьбой, чтоб снискать размещение дамы. Ведь я оставался обычным и непосредственным в разговоре с обеими девицами только поэтому, что с самого начала исключал из наших отношений всякую эротику Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6, нисколечко не сомневаясь, что я для их не больше чем славный юноша, неплохой друг. И если Илона все таки время от времени пробуждала во мне эмоциональность, то об Эдит я никогда Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 не задумывался как о существе другого пола; никогда (я могу сказать это с полной уверенностью) у меня не мерцала даже смутная идея, что ее хилое тело – такое же, как и у других Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 дам, а в ее душе теснятся те же желания. Только сейчас я начал осознавать (писатели в большинстве случаев обходят это молчанием), что уродливые, искалеченные, увядшие и отвергнутые намного опаснее в собственных вожделениях, чем счастливые и Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 здоровые, что они обожают фанатической, горьковатой, гибельной любовью, и ни одна земная страсть не бывает настолько ненасытной и настолько отчаянной, как безвыходная, безответная любовь этих пасынков Создателя, которые лицезреют смысл в жизни Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 только тогда, когда могут обожать и быть возлюбленными. Чем поглубже пучина отчаяния, в которую погружается человек, тем яростнее крик его души, жаждущей счастья. Доверчивый и неискушенный, я и не Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 подозревал о существовании этой ужасной потаенны – и сейчас случайная разгадка обожгла меня раскаленным железом.

«Глупый!» Сейчас я сообразил, почему конкретно это слово сорвалось с ее губ в смятении эмоций, когда ее полудетская грудь прижималась к Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 моей. «Глупый!» Да, она была права, называя меня так! Все, естественно, издавна уже догадывались, в чем здесь дело, – и отец, и Илона, и Йозеф, и другие слуги. Все, естественно, издавна Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 уже подозревали о ее страсти – может быть, со ужасом и, наверняка, с дурными предчувствиями; и только я, одержимый сочувствием, ничего не лицезрел, продолжая разыгрывать из себя хорошего друга, неплохого товарища; я с дурацкой самоуверенностью Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 шутил и паясничал, не замечая, как больно ранит ее пылкую душу моя бестолковая, неприятная непонятливость. Я вел себя как ничтожный герой нехороший комедии: все в зрительном зале издавна уже знают, что этот Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 болван опутан интригами, и только он сам с полной серьезностью беспечно продолжает игру, не ведая, что попался в сети (хотя другие с самого начала лицезреют каждую ниточку и каждый узелок). Настолько же Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 беспомощно на очах у всего дома я топтался на месте, играя в жмурки с ее чувством, пока Эдит не сорвала в конце концов повязку с моих глаз. Но как одной вспышки Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 света довольно, чтоб осветить в комнате сходу десяток предметов, так и я, пристыженный, сообразил сейчас – очень поздно! – почти все из того, что происходило до этого. Только сейчас я сообразил, почему она каждый Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 раз раздражалась, когда я шутливо гласил ей «детка», конкретно я, в очах которого ей хотелось быть не ребенком, но дамой, вожделенной и возлюбленной. Только сейчас я сообразил, почему ее губки начинали Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 дрожать, если она замечала, что я потрясен ее несчастьем, почему ее озлобляло мое сочувствие, – вещий дамский инстинкт безошибочно давал подсказку ей, что сочувствие – это только теплое братское чувство, только ничтожный заменитель Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 истинной любви. Бедняжка, с каким мучительным нетерпением ожидала она хоть какого-либо отклика, хоть 1-го слова либо взора – а их все не было; как мачалась она от моей непосредственной трепотни, какой пыткой были для нее Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 наши встречи, когда ее измученная душа ожидала первого знака нежности, ожидала, что я в конце концов замечу ее чувство. А я – я ничего не гласил, ничего не делал, но приходил Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 опять и опять, поддерживая в ней надежду каждодневными посещениями и в то же время убивая ее собственной духовной глухотой. Можно ли удивляться, что она, не выдержав, «атаковала» меня сама!

Все это проносилось Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 в моем мозгу, пока я стоял, прислонившись к стенке тесноватого коридора, как будто оглушенный взрывом; мне не хватало воздуха, ноги не слушались меня, как будто и я был парализован. Два раза пробовал Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 я двинуться с места, но исключительно в 3-ий раз мне удалось сделать несколько нетвердых шагов и ощупью найти дверную ручку. «Это дверь в гостиную, – стремительно соображал я, – влево другая, ведущая в Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 вестибюль, там моя сабля и фуражка. Прочь, быстрее прочь, пока не пришел слуга! Вниз по лестнице – и прочь, прочь, прочь! Бежать из этого дома, пока не повстречался кто-либо, с кем придется говорить Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6, отвечать на вопросы. Лишь бы не попасться на глаза ее папе, Илоне, Йозефу – никому из числа тех, кто позволил мне запутаться в этой сети! Прочь, быстрее прочь отсюда!»

Но очень поздно! В гостиной Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 ожидала Илона, она, вне сомнения, услыхала мои шаги. Чуть лицезрев меня, она поменялась в лице:

– Иисус Мария, что с вами? Вы бледны как мел!.. Эдит?.. С ней снова чего-нибудть Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 случилось?

– Нет, все в порядке, – пробормотал я на ходу. – Думаю, она на данный момент дремлет. Прошу прощения, мне необходимо домой.

Но в моей резкости было, возможно, что-то пугающее, потому что Илона решительно схватила Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 меня за руку и практически толкнула в одно из кресел.

– Да посидите вы незначительно. Вам нужно придти в себя… И ваши волосы… что с вашими волосами? Они совершенно растрепаны… – Я попробовал вскочить Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6. – Нет, сидите. На данный момент я достану коньяк.

Она подбежала к буфету, налила рюмку коньяку, и я торопливо осушил ее. Илона с беспокойством следила, как я дрожащей рукою поставил рюмку (никогда Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 в жизни я не ощущал себя таким немощным, таким обессиленным). Позже она тихо подсела ко мне и стала молчком ожидать, исподтишка бросая на меня тревожные взоры, как будто я в один момент Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 захворал. В конце концов она спросила:

– Эдит вам… чего-нибудть произнесла? Я имею в виду – чего-нибудть, что… касается вас самого?

По ее участливому тону я сообразил, что она обо всем Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 додумывается. Я был очень слаб, чтоб защищаться. И поэтому только тихо ответил:

– Да.

Илона ничего не произнесла. Она даже не пошевелилась. Я только увидел, что у нее участилось дыхание. Мало погодя она осторожно произнесла:

– И Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 вы… вы вправду только на данный момент это узнали?

– Но как я мог додуматься о таком… таком безумном вздоре!.. Как могло ей придти в голову?.. И почему я… почему конкретно я?..

Илона Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 вздохнула.

– О боже! Да она всегда задумывалась, что вы приходите только ради нее, что вы только потому и бываете у нас. Я… я, естественно, не подразумевала… ведь вы вели себя Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 так… так непосредственно и… так сердечно, но… по-другому. Я с самого начала страшилась, что у вас это сочувствие, и только. Но как мне было предостеречь бедную девченку, разве могла я свирепо разъяснить ей Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6, что она заблуждается, если это заблуждение делало ее счастливой?.. Уже несколько недель она живет одной-единственной идеей, что вы… И позже, когда Эдит все спрашивала и спрашивала меня, верю ли Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 я, что она вам вправду нравится, разве могла я так безжалостно… ведь я должна была ее успокоить.

Я больше не мог себя сдерживать:

– Нет, напротив, вы должны разубедить ее, обязательно разубедить! Это Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 безумие, абсурд, детский каприз… рядовая влюбленность девченки в военных, а если завтра придет другой, он ей тоже понравится. Вы должны… вы должны ей это разъяснить. Это незапятнанная случайность, что конкретно я оказался тут Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6, что я приходил сюда, а не кто-нибудь другой из моих товарищей, более достойный. В ее возрасте такое проходит очень стремительно…

Илона обидно покачала головой.

– Нет, дорогой мой, не нужно себя накалывать. У Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 Эдит это серьезно, жутко серьезно, и денек ото денька становится опаснее… Нет, дорогой друг, все это очень тяжело, и я не в состоянии так, сходу, облегчить вам это бремя. Ах, если б Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 вы только знали, что творится у нас в доме… По три, по четыре раза за ночь мы просыпаемся от звонка колокольчика, Эдит бесцеремонно будит нас всех, а когда мы прибегаем к ней Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 в ужасе, не случилось ли чего-нибудь, она посиживает в собственной кровати, растерянно смотря впереди себя, и спрашивает без конца: «Как ты думаешь, я ему хоть чуть-чуть, хоть Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 чуточку нравлюсь? Ведь не такая уж я страшная». Позже она просит зеркало, но здесь же отбрасывает его и уже в последующий миг сама осознает, что это безумие; а через два часа все начинается Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 поначалу. В отчаянии она спрашивает и отца, и Йозефа, и служанок; вчера же она тайком позвала к для себя ту цыганку – помните – и принудила ее опять повторить пророчество – опять… Уже 5 раз Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 она писала вам письма, длинноватые письма, но позже рвала их. Утром до вечера, утром до поздней ночи она задумывается и гласит только об одном. То она вдруг просит, чтоб я пошла к вам Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 и спросила, любите ли вы ее, любите ли хоть капельку либо… либо она вам в тягость? Ведь вы ей не гласите ни да, ни нет, вы уклоняетесь от разговора. Тотчас же, немедленно Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6, я должна ехать к вам, отыскать вас, где бы вы ни были. По три, по четыре, по 5 раз повторяет она мне каждое слово, которое я вынуждена огласить вам, спросить вас. А в последний момент Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6, когда я уже спустилась вниз и шофер ожидает в машине, – опять заливается колокольчик, и я, в пальто и шапке, возвращаюсь вспять и клянусь ей жизнью собственной мамы, что в вашем присутствии никогда Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 не позволю для себя ни мельчайшего намека. Да что вы понимаете? Ведь вам все кончается, как вы закрываете за собой дверь. Но не успеваете вы уйти, как она начинает Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 пересказывать мне все, что вы ей гласили, спрашивает, что я думаю, верю ли я. И если я говорю ей: «Ну видишь, как он тебя любит», – она орет на меня: «Ты лжешь! Это неправда! Он Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 не произнес мне сейчас ни 1-го хорошего слова», – но здесь же снова желает услышать все, что я ей гласила; три раза должна я повторять ей одно и то же и клясться, что это Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 правда… И потом-еще дядя… Злосчастный совсем растерялся; к тому же он любит и боготворит вас, как отпрыска. Поглядели бы вы на старика, когда он часами посиживает около дочери Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6, не сводя с нее усталых глаз, голубит и успокаивает ее, пока она в конце концов не заснет. А сам позже всю ночь без сна прогуливается взад-вперед по комнате… И вы… вы вправду ничего не Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 замечали?

– Нет! – звучно кликнул я в отчаянии, забыв о всякой сдержанности. – Нет, клянусь вам, ничего! Полностью ничего! Неуж-то вы думаете, что я продолжал бы ходить сюда, что я посиживал бы с Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 вами обеими, играл в шахматы и домино либо слушал пластинки, если б додумывался, что здесь творится?.. Но как могла она вбить для себя в голову, что я… что конкретно Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 я… Как она может добиваться, чтоб я принял серьезно таковой вздор, такое ребячество?.. Нет, нет и нет!

Я опять попробовал вскочить. Идея, что я любим против собственной воли, была нестерпима. Но Илона решительно Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 схватила меня за руку.

– Спокойно! Я заклинаю вас, дорогой друг, не беспокойтесь! И умоляю – незначительно потише! У нее таковой слух, что она слышит через стенки. И, ради бога, не будьте несправедливы. Бедняжка Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 восприняла как символ выше, что вожделенную известие принесли конкретно вы, что вы 1-ый сказали папе о новеньком лечении. Он тогда прибежал к ней посреди ночи и разбудил ее. Представьте, как они плакали и благодарили Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 бога, что кончилось ужасное время и что – они оба убеждены в этом, – как Эдит оздоровеет и станет таковой же, как и все, то вы… ну, мне не нужно вам разъяснять, что Стефан Цвейг Нетерпение сердца - страница 6 это означает. Вот поэтому вы

stek.html
steklo-kak-stroitelnij-material-ispolzovanie-steklyannih-konstrukcij-v-stroitelstve-referat.html
steklo-v-interere-referat.html